...

[ilya_simanovsky]

24.10.2017 - День рождения Венедикта Ерофеева. Из его записных книжек:

"Человек — это звучит горько.

Лишить нашу Родину‑мать ее материнских прав.

Я рад, что я, как и моя отчизна, весь сделан из отдельных недостатков и временных трудностей.

У меня вот, например, нет чувства своей необходимости в мире, а у них — есть.

Ничто не вечно, кроме позора.

Кто хочет, тот допьется.

А в ответ сказать какую-нибудь гадость, например: "Служу Советскому Союзу".

Хотел бы иметь какую-нибудь еврейскую фамилию типа Глинтвейн.

Когда Господь глядит на человека, он вдыхает в него хоть чего-нибудь. А тут он выдохнул.

Или начать так: “Я очень баб люблю, они смешные и умные”.

Завтра написать Курту Вальдхайму о том, что я признаю независимую республику Гвинею-Бисау. А Курт Вальдхайм мне в ответ телеграмму: "Дурак ты".

Лучше быть стройным тунеядцем, чем горбатым ударником.

Антикремлевский мечтатель.

Опять о Прометее и под какую статью Уголовного кодекса попал бы страдалец.

Это напоминает ночное сидение на вокзале. Т.е. ты очнулся – тебе уже 33 года, задремал, снова очнулся – тебе 48, опять задремал – и уже не проснулся.

За такое поведение (кричать, перебивая оратора: «Есть такая партия!») сейчас бы по головке не погладили. Ср.: в Большом поют: «Кто может сравниться с Матильдой моей!» – встать и крикнуть: «Я могу сравниться с Матильдой твоей ебучей!»

"Перечислите улицы своей округи, - душа зачахнет. Для начала надо так: Столичная - посередке, конечно, параллельно - Юбилейная, в бюстиках и тополях. Все пересекает и все затмевает Московская Особая. В испуге от ее красот от нее во все стороны разбегаются: Перцовая, Имбирная, Стрелецкая, Донская Степная, Старорусская, Полынная. Их, конечно, соединяют переулки: Десертные, Сухие, Полусухие, Сладкие, Полусладкие. И какие через все это переброшены мосты: Белый Крепкий, Розовый Крепленый - какая разница? - а у их подножия - отели: "Бенедиктин", "Шартрез" - высятся вдоль набережной - а под ними гуляют кавалеры и дамы, кавалеры будут смотреть на дам и на облака, а дамы - на облака и на кавалеров. А все вместе будут пускать пыль в глаза народам Европы" (из пьесы "Вальпургиева ночь или Шаги командора")

И всегда с наступлением холодов с завистью вспоминаю Прозерпину, которую Плутон забирал к себе в Аид на эти зябкие полгода – и выпускал на волю к первым цветам.

Кремлевские обс‑куранты.

Ввели новый термин: «бессильный гуманизм». Да и всякий гуманизм бессилен. Да здравствует бессильный гуманизм!

И вот тогда‑то я научился ценить в людях высшие качества: малодушие, незрелость и недостаток характера."