...

[ilya_simanovsky]

Норштейну – 76. Вот он пишет о проекте фильма про Маяковского и дает наброски. Сначала меня образ с клочками рукописи ударил, а теперь от рыбы больше накрывает. Правда – откуда она? «На чешуе жестяной рыбы»? Да, но не только. Что-то еще.

Жить в одно время с гением как-то спокойнее. Неуловимо придает осмысленности окружающему.

"Когда должны были дать наконец самостоятельную постановку, я решил, что это будет "Любовь поэта". Тот самый фильм, что мне не пришлось снять...
<...>
Был эпизод, который я придумал, а много позже прочитал об этом. Поэт идет с любимой и читает ей стихи. Она с раздражением бросает ему что-то резкое. И он рвет написанное на мелкие клочки. И эти клочки бумаги летят на мокрый тротуар, падают на прохожих, и каждый, когда его коснется листочек, возгорается пламенем "немыслимой любви". Такая романтическая метафора любви. А потом я узнал,что Маяковский читал Лиле Брик любовную поэму "Дон Жуан",на что любовь поэта сказала: "Володичка, опять о любви". "Володичка" разорвал поэму и пустил по ветру*.

Я себе никогда бы не смог объяснить, почему в том фильме по мокрому от мелкого дождя вечернему городу должна была плыть огромная рыба - над машинами, над сверкающими фарами такси, над фонарями, отраженными в тротуаре и в рыбьей чешуе.

<...>

Смерть поэта должна была быть как уличная катастрофа, когда завизжат сорванные тормоза. Удар - и народ бежит к месту катастрофы. Казалось, что мы должны панорамировать Эйфелеву башню, всю ее конструкцию - сверху вниз, все ниже и ниже, под грохот ног о металические ступени. Как будто падаем, летим к катастрофе.

И уже после трагедии самоубийства должен был быть кадр, который я бы назвал "Освобождение Маяковского". Виделось, как по шоссе, разогретому солнцем так, что асфальт уже кажется расплавленным ослепляющим металлом, идут четыре маяковских: "Медведь", Маяковский десятых годов, в цилиндре и плаще, Маяковский-Щен и тот Маяковский, каким он себя делал, - агитатор-горлан. Они идут и балагурят, и хохочут под звуки аргентинского танго, не обращая на нас никакого внимания. Идут и уходят совсем..."

полностью здесь: http://a-la-la-la.livejournal.com/103519.html

Из книги Ю. Норштейна "Снег на траве"

* Я проверил, Норштейн точен. Этот эпизод описывает Василий Катанян в книге "Лиля Брик. Жизнь".