...

[ilya_simanovsky]

Воспоминания Петра Тодоровского. И отзыв о них Войновича:

"В этой подборке мне не хватает других, тоже слышанных, рассказов Петра Ефимовича о том, как ему, молодому взводному командиру, приходилось поднимать в атаку своих подчиненных. Мне трудно было себе представить, как Петя, добрейший, вежливый и в обычной жизни улыбчивый (я от него за несколько десятилетий знакомства ни разу бранного слова не слышал), размахивая пистолетом и даже кого-то колотя им, выгонял солдат из окопов, навстречу смерти, и сам шел с ними. Я его спрашивал: «Неужели ты это делал?». «А как же, — говорил он, как бы задним числом оправдываясь, — ведь это же атака, пули свистят, голову поднять невозможно, а тут надо вставать во весь рост, но никто просто так не встанет. Тут без мата и тычков пистолетом в спину не обойдешься». Гораздо легче мне было представить, как он в первые послевоенные месяцы, будучи комендантом маленького немецкого городка, сидел на крыльце комендатуры и самостоятельно учился играть на аккордеоне.

<...>

Рассказы, кроме всего, мозаичны, отражают, игнорируя хронологию, разные факты биографии автора. Раннее детство, мамино дыхание, злой отчим, корова Манька, девочка, которая ест большой кусок хлеба на глазах у голодного курсанта военного училища и такой же голодной кошки, и девочка, которая в отсутствие хирурга завершила в госпитале его работу — отпилила раненому гангренозную ногу. Картины мирной жизни (в целом ужасной) перебиваются военными сценами. Это у режиссеров кино называется контрапунктом. В целом текст, неровный, клочковатый и незатейливый, представляет собой все-таки не что-нибудь, а именно сценарий, который писался от случая к случаю и остался незавершенным. "